Артикул воинский 1715 года: преступления и наказания

Артикул воинский 1715 года представляет интерес не только как памятник военно-уголовного законодательства. Его текст одновременно регулирует верность государю, религиозные обязанности, подчинение начальнику, караул, военные работы, оружие, жалованье, увольнение, поход, квартиры, дезертирство, штурм, добычу, пленных, капитуляцию, измену, бунт, поединки, оскорбления, убийство, половые преступления, поджог, грабеж, кражу, ложную присягу, подделку, исполнение наказаний и укрывательство преступников. Поэтому чтение Артикула только как перечня жестоких наказаний обедняет источник.

Акт состоит из преамбулы, текста присяги, двадцати четырех глав и 209 артикулов. Значительная часть норм снабжена толкованиями. Именно они нередко раскрывают условия применения наказания, указывают судье, какие обстоятельства надо установить, и вводят исключения из общей формулы статьи.

Основной вывод этой статьи состоит в следующем. Артикул связывает ответственность не только с запрещенным действием, но и с положением человека на службе, содержанием приказа, возможностью исполнить обязанность, намерением, причиной наступившего вреда, повторностью, чином, военной обстановкой и поведением после нарушения. Общей части в современном смысле в нем нет, но многие вопросы общей оценки деяния уже решаются внутри отдельных статей и их толкований.

Преамбула обращена ко всем генералам, штаб-, обер- и унтер-офицерам и солдатам, включая иностранных людей на русской службе. От них требуется исполнять пункты Артикула, приносить присягу государю, служить против неприятеля телом и кровью, предотвращать вред государю и государству и содействовать их пользе. Там же предусмотрено регулярное чтение Артикула в полках, чтобы незнание не могло служить оправданием.

Присяга развивает ту же связь службы, верности и государственной пользы. Военный человек обещает действовать против неприятелей в поле, крепостях, на воде и суше, сообщать о вредительных намерениях против государя, войска или государственного интереса, повиноваться командирам в караулах, работах и иных случаях, касающихся благополучия войск, государства и людей.

Из преамбулы и присяги следует исходная рамка акта. Адресат Артикула прежде всего военный человек, но круг регулируемого поведения шире строевой дисциплины. Служба понимается как состояние постоянной обязанности: перед государем, войском, начальством, товарищами и установленным порядком.

Первые две главы охватывают арт. 1-17 и стоят перед нормами о команде, карауле и дезертирстве. Эта последовательность сама по себе существенна. Законодатель начинает акт не с технической организации службы, а с религиозных обязанностей, богохульства, богослужения и положения военного духовенства.

Арт. 1 требует от христианина честной жизни и связывает это требование с особым положением военного человека, постоянно находящегося в опасности. Из этой нормы выводится запрет идолопоклонства, чародейства, чернокнижества, заговаривания оружия и близких к ним действий. Толкование различает случаи по последствиям: причинение вреда посредством чародейства или предполагаемая связь с диаволом ведут к наиболее тяжкой казни, а отсутствие вреда открывает возможность иных наказаний и церковного покаяния. Уже здесь видно, что одна и та же категория нарушения не влечет автоматически одинаковое наказание.

Арт. 2 приравнивает к чародею того, кто подкупил или склонил его к причинению вреда другому. Арт. 3-8 устанавливают ответственность за богохульство, оскорбление Богородицы и святых, недонесение о таком хулении, легкомысленное употребление имени Божия и его употребление нарочно, по злобе или в пьянстве. Эти нормы не являются декоративным вступлением. Они содержат составы нарушений и санкции, включая смертную казнь, телесные наказания, заключение, удержание жалованья, публичное покаяние и ношение оружия как наказание.

Вторая глава переводит религиозную обязанность в распорядок войск. По арт. 9 богослужение должно совершаться утром, вечером и в полдень, а начало и окончание службы обозначаются трубами и барабанами. Арт. 10-12 наказывают неявку и пьянство во время молитвы. Арт. 13 требует почитать священников, но арт. 14-15 устанавливают обязанности и для самих священников: трезвую и непорочную жизнь, исполнение службы, ответственность перед духовным судом и возможность лишения сана. Арт. 16-17 распространяют режим богослужения на торговцев, харчевников, шинкарей и участников развлечений.

Вывод из первых семнадцати артикулов не сводится к тому, что армия была религиозной. Точнее сказать иначе: в правовом тексте начала XVIII века религиозная обязанность, военный порядок и государственное наказание еще не разделены так, как они разделяются современным светским правом. Богохульство, молитва, торговля во время службы, поведение священника и исполнение военной команды находятся внутри одного нормативного акта.

Глава третья, арт. 18-35, устанавливает порядок верховной власти, почитания начальников и подчинения рядовых. Арт. 18 связывает военную службу с намерением служить царскому величеству как самовластному монарху. Арт. 19-20 защищают особу государя: вооруженное выступление, умысел пленить или убить государя, насилие против него и хулительные слова караются смертной казнью. Толкование к арт. 20 формулирует представление о самовластной монархической власти.

Арт. 21-25 охраняют почтение к фельдмаршалам, генералам и полковым офицерам. Оскорбления начальника, нападение на него, сопротивление ему и нарушение охранительных листов влекут суровые наказания. Но уже в толковании к арт. 24 сохраняется право обиженного жаловаться государю или в ином надлежащем месте и искать удовлетворения. Следовательно, запрет самовольного сопротивления не устраняет право на жалобу.

Арт. 26-28 различают несколько видов неповиновения. Сопротивление низшему начальнику в походе или лагере может повлечь смертную казнь; умышленное неисполнение служебного приказа из злости или упрямства по арт. 27 также карается смертью; неисполнение без злости, упрямства и умысла по арт. 28 ведет к отставлению от службы или службе офицера рядовым на определенное время. Здесь норма прямо требует отличать намеренное противление от лености, глупости или медления.

Арт. 29 запрещает непристойное рассуждение о приказах, но арт. 30 допускает сообщение начальнику о возражении, если подчиненный считает, что его замечание может помочь интересу государя или предотвратить вред. Если мнение не принято, приказ должен быть исполнен. Арт. 31 распространяет обязанность повиноваться и на приказ офицера другого полка, когда приказ относится к службе.

Особое значение имеют арт. 33, 53 и 54. Арт. 33 запрещает офицерам без важных причин жестоко бить или ранить солдат; частое злоупотребление властью ведет к лишению чина. Арт. 53 прямо ограничивает команду офицера: приказ, не относящийся к службе и непристойный солдатской обязанности, не должен исполняться и подлежит объявлению в военном суде. Арт. 54 запрещает принуждать солдат к частной службе и пользе офицера на тяжелых работах. Из этих норм следует, что Артикул охраняет строгую субординацию, но не отождествляет ее с произволом начальника.

Главы четвертая - восьмая, арт. 36-68, регулируют повседневную военную службу. Глава четвертая касается обнажения шпаги, тревоги и караула. Арт. 36 карает обнажение шпаги с намерением ранить в особо охраняемой обстановке: при фельдмаршале или командующем генерале, в бою, походе, суде, во время богослужения или караула. Арт. 37 запрещает ложную тревогу, но толкование требует установить, была ли она нарочной, внезапной или вызванной иной причиной. Даже при тяжкой санкции судья должен исследовать обстоятельства.

Арт. 38-41 показывают значение караула. Опоздание на караул, самовольный уход с караула, неосмотрительность, сон, пьянство и оставление места рассматриваются как опасные нарушения. При этом толкование к арт. 41 допускает смягчение, если сон связан с болезнью, слабостью, безопасным местом, отсутствием неприятеля или неопытностью нового солдата. Караул для Артикула не формальность, а основа безопасности лагеря и крепости, но и здесь обстоятельства имеют значение.

Арт. 44-47 регулируют отношения с часовыми, караулами, патрулями и рундами. Военнослужащий обязан отвечать часовому и не сопротивляться аресту; нападение на часового карается крайне строго. Одновременно караулы и патрулиры должны держаться в своих мерах и не провоцировать ссоры. Это важная пара норм: власть караула защищается законом, но ее носители тоже связаны правилами поведения.

Глава пятая, арт. 50-55, посвящена работам. Арт. 50 карает открытое сопротивление приказанной работе, а арт. 52 требует выполнить работу даже тогда, когда солдат считает назначение несправедливым или сверх очереди. Жалоба допускается после исполнения. Арт. 53 и 54 проводят границу: служебная работа обязательна, частная тяжелая работа в пользу офицера запрещена, добровольная ремесленная помощь возможна только при уведомлении начальства, оплате и без ущерба караулу или государевой работе.

Глава шестая, арт. 56-59, охраняет оружие, мундир и припасы. Солдат должен содержать оружие и мундир в порядке; бросание оружия, самовольная порча, продажа, проигрыш или заклад оружия и мундира наказываются. Толкование объясняет это не имущественной ценой предмета, а военным назначением оружия. Ружье и другие припасы рассматриваются как необходимые средства службы.

Глава седьмая, арт. 60-63, связывает смотр с действительным состоянием людей и вооружения. Явка на смотр обязательна; больные должны быть представлены или освидетельствованы; нельзя брать чужое оружие для видимости исправности; умышленное самоповреждение ради уклонения от службы карается членовредительным наказанием и каторгой. Смотр выступает как проверка способности служить, а не только как церемония.

Глава восьмая, арт. 64-68, регулирует жалованье, корм и провиант. Арт. 64 запрещает самовольную отлучку для просьбы о жалованье. Арт. 65-66 карают офицеров за злоупотребления при выдаче жалованья и удержание положенного подчиненным. Толкование к арт. 66 прямо связывает недодачу жалованья и провианта с болезнями, скудостью, злом и остановкой службы. Арт. 67 требует взыскивать долг так, чтобы у солдата оставалось содержание. Арт. 68 предписывает продолжать службу даже при задержке жалованья, но эта строгость стоит рядом с ответственностью начальника за незаконное удержание положенного.

Глава девятая, арт. 69-75, показывает, что служба не зависит от частной воли командира. Арт. 69 запрещает офицеру самостоятельно освобождать записанных в роту унтер-офицеров и солдат. Арт. 70 требует при болезни, увечье или старости сообщить в надлежащее место, провести осмотр и получить установленный документ. Арт. 71 запрещает просить отпуск, когда войско выступает из квартир, находится в походе против неприятеля или человек уже командирован к делу или работе.

Арт. 72-75 регулируют не только солдат, но и слуг при офицерах. Нельзя посылать солдат из обоза домой без разрешения высшего командира; слуга не должен оставлять господина раньше договоренного времени, особенно в походе; переход к другому офицеру требует письменного отпуска. Эти нормы показывают, что Артикул держит в одном поле военную службу и зависимые при ней бытовые отношения.

Глава десятая, арт. 76-83, посвящена походу и походному строю. По сигналу каждый должен явиться к своей роте; отставание без воли начальника рассматривается как подозрительное и может сближаться с дезертирством. Притворная болезнь ради уклонения от похода наказывается. Офицеры отвечают за кражи и отнятое у жителей во время марша, потому что обязаны удерживать солдат от беспорядков. За выход за отводные караулы без разрешения и грабеж вне обоза установлены тяжкие наказания.

Глава одиннадцатая, арт. 84-93, регулирует квартиры и лагерь. Солдат должен довольствоваться назначенной квартирой, а офицер не должен требовать больше квартир, чем нужно. Арт. 85 защищает хозяина квартиры, хозяйку и челядь от насилия военного человека: виновный просит прощения, возмещает двойной убыток и дополнительно наказывается по обстоятельствам. Арт. 86 устанавливает обратный порядок: если хозяин обидит солдата, солдат обращается к своему офицеру, а тот докладывает командиру и добивается справедливости.

Арт. 87 о пожаре особенно важен для различения вины и случая. Если пожар возник от небрежения или вины, виновный возмещает убыток и наказывается. Если пожар совершен умышленно, действует правило о поджигателе. Если же пожар возник невиновно и внезапно, наказание исключается. Эта норма прямо показывает, что для Артикула недостаточно одного вредного результата: надо установить происхождение вреда.

Арт. 88-93 закрепляют режим после вечернего сигнала, содержание оружия и мундира в квартире, чистоту в обозе, вход и выход через установленные ворота, ночевку вне своей роты и выход из обоза за добычей. Толкование к арт. 91 предписывает учитывать изменнический умысел, глупость, безумие, войну или мирное время. Даже нарушение режима крепости и лагеря оценивается не только по внешнему факту, но и по обстоятельствам.

Глава двенадцатая, арт. 94-100, регулирует дезертиров и беглецов. Арт. 94 устанавливает суровое наказание за оставление знамени или штандарта перед неприятелем. Толкование отделяет от беглеца раненого или больного, который сообщил офицеру и получил разрешение отлучиться. Отдельно рассматривается притворная болезнь из страха, а для несмелых и боязливых допускается судебная оценка по обстоятельствам и положению лица.

Арт. 95 карает побег из гарнизона, обоза или похода и переход без паспорта из одного полка в другой. Внутри этой нормы помещена важная оговорка о переработке правила применительно к русскому рекрутскому порядку: для первого побега рекрута в течение первого года службы вместо общей смертной казни предусмотрены шпицрутены, а при повторении и иных случаях наказание усиливается. Это не основание для вывода о происхождении всего Артикула, но применительно к арт. 95 текст сам показывает приспособление заимствованного правила к иной системе комплектования.

Арт. 96 смягчает положение беглеца, который раскаялся по дороге, добровольно вернулся и явился к офицеру. Смертная казнь в этом случае не применяется, хотя наказание за прежний злой замысел сохраняется. Арт. 97 при бегстве полка или роты требует установить роль начальников. Начальники, ставшие причиной бегства, наказываются иначе, чем рядовые; невиновный, доказавший свою непричастность, освобождается. Чин здесь усиливает ответственность, потому что начальник должен подавать пример.

Глава тринадцатая, арт. 101-103, переносит те же вопросы на штурм и приступ. Если начальники и солдаты уступят крепость или шанцы прежде крайнего усилия, они судятся по правилам о бегстве. Но арт. 101 требует предварительного судебного разбирательства: надо расспросить положение и случаи штурма, а затем вынести или облегчить приговор. Арт. 102-103 касаются оставления шанцев, батарей, редутов, рвов и отказа идти в бой, когда до подразделения дошла очередь. Ответственность зависит от того, была ли возможность сопротивляться и чем было вызвано отступление.

Глава четырнадцатая, арт. 104-116, регулирует взятие городов, крепостей, добычу и пленных. После штурма запрещено без разрешения грабить церкви, школы, духовные дома и госпитали. Женщины, младенцы, священники и старики должны быть пощажены, если нет иного приказа. Грабеж и пьянство до прекращения сопротивления и установленного разрешения караются. Поэтому война в Артикуле не означает снятия всяких пределов с военнослужащего.

При этом Артикул не запрещает добычу как таковую. Арт. 107-113 регулируют момент, порядок и распределение добычи: нельзя преждевременно бросаться к грабежу, нельзя отнимать чужую назначенную долю, добычная скотина продается в обозе, оружие, порох, свинец, амуниция и провиант принадлежат государю, знамена и штандарты должны быть отданы командованию. Разграничение проходит не между добычей и отсутствием добычи, а между установленным порядком и самовольным грабежом.

Арт. 114-116 регулируют пленных. Пленного надо немедленно объявить и отдать командиру; удержание пленного при себе наказуемо. Нельзя убивать пленного, которому обещана пощада, и нельзя самовольно освобождать его без ведома генерала. Нельзя силой отнимать пленного у другого. Толкование к арт. 114 объясняет это военной нуждой: командиру важно получить сведения о состоянии и намерениях неприятеля.

Глава пятнадцатая, арт. 117-123, посвящена сдаче крепостей, капитуляции и соглашениям с неприятелем. Арт. 117 карает полк или роту, которые без ведома государя или фельдмаршала вступили в переговоры или капитуляцию. Но тот, кто докажет непричастность и возражение против сдачи, освобождается и может ждать повышения. Толкование отделяет самовольный тайный договор от положения части, которая одна выдержала атаку, исчерпала возможности сопротивления и не могла ожидать помощи.

Арт. 118-122 усиливают ответственность начальника за сдачу вверенного места без крайней нужды, за неправильное поведение при приступе и за неисполнение обязанности обороны. Арт. 120 имеет особое значение для пределов подчинения: если комендант без крайней нужды намерен капитулировать, офицеры и солдаты должны отговаривать его, а при неуспехе арестовать, избрать другого и продолжать оборону. Здесь неподчинение неправомерному решению коменданта прямо превращено в обязанность.

Арт. 123 перечисляет обстоятельства, которые могут оправдать сдачу: крайний голод после бережного расходования запасов, отсутствие боеприпасов после их бережного употребления, такая убыль людей, при которой оборона невозможна, и отсутствие надежды на помощь. Но если был особый приказ обороняться до последнего человека, эти обстоятельства не дают права на капитуляцию. Суд должен оценивать не только факт сдачи, но и реальное состояние гарнизона, ход обороны, расход запасов и содержание приказа.

Глава шестнадцатая, арт. 124-129, регулирует измену, переписку с неприятелем, передачу пароля и военных сведений. Арт. 124 карает тайную опасную переписку, передачу сведений и тайные разговоры с посланными от неприятеля. Арт. 125 запрещает выдачу пароля, лозунга и изменнических знаков. Арт. 127 допускает наказание за намерение совершить измену, даже если оно не приведено в действие, по состоянию дела и признанию военного суда. Арт. 128 запрещает писать о военных делах, войске и крепости так, чтобы сведения могли попасть к неприятелю.

Арт. 129 соединяет обязанность донести об опасности и осторожность в отношении самого доноса. Тот, кто знает о вредительном намерении, шпионах или подозрительных людях и не сообщает вовремя, наказывается. Но толкование говорит и о другом: донесение еще надо проверить, потому что обвинение может исходить от злоумышленного или мстительного человека. Норма требует одновременно предупреждать опасность и не принимать сообщение за готовое доказательство виновности.

Глава семнадцатая, арт. 130-148, охватывает возмущение, бунт и драку. Арт. 130-132 запрещают принятие и распространение неприятельских манифестов, возбуждение неповиновения и участие в опасных сходбищах. Арт. 133 запрещает общие собрания для челобитной, если из них может возникнуть бунт, но одновременно разрешает каждому жаловаться о себе и своих обидах. Арт. 134-137 карают офицеров, допустивших такие сходбища, подстрекательство к бунту, недонесение о бунтовских словах и сам бунт.

Арт. 138-143 регулируют драки. Нельзя призывать товарищей на помощь так, чтобы возник сбор или возмущение. При драке без вызова учитывается, кто был зачинщиком, а посторонние должны пытаться развести ссорящихся или позвать караул. Драка с ножом наказывается демонстративно и телесно. Эти статьи показывают, что частная ссора в военной среде рассматривается как источник угрозы общему порядку.

Арт. 139-140 запрещают вызовы и поединки. Наказанию подлежат и вызвавший, и принявший вызов, а также секундант, если стороны идут на поединок. Арт. 147 предлагает другой путь: оскорбленный должен обратиться к командиру, который обязан выслушать дело и дать надлежащее удовлетворение. Арт. 148 предупреждает и заявителя: жалоба должна быть правильной, без недоказуемых прибавлений.

Глава восемнадцатая, арт. 149-153, посвящена пасквилям, ругательным письмам и брани. Пасквиль сжигается палачом, а сочинитель несет наказание, соотносимое с тем обвинением, которое он тайно распространил против другого. Офицер, публично обесчестивший другого словами, должен признать ложность сказанного и может быть заключен. Непродуманная брань также требует просьбы о прощении и может повлечь штраф и заключение. Если же оскорбленный отвечает боем или самоуправной местью, он теряет свое право и сам несет наказание.

Из этих норм вытекает общий для Артикула порядок: личная обида не дает права на частное насилие. Жалоба допускается, самовольная расправа, коллективное давление, поединок и месть запрещены.

Глава девятнадцатая, арт. 154-164, особенно важна для понимания вины и доказательства. Арт. 154 устанавливает смертную казнь за умышленное убийство без нужды и без смертного страха. Толкование требует выяснить, действительно ли смерть наступила от нанесенных повреждений. Для этого должны быть привлечены лекари, которые вскрывают тело, определяют причину смерти и дают суду письменное свидетельство, подтвержденное присягой.

Следовательно, последовательность побои, затем смерть не считается достаточной сама по себе. Суд должен установить причинную связь между действием обвиняемого и смертью. Если смерть произошла от другой причины, наказание меняется.

Арт. 155 распространяет ответственность на тех, кто содействовал убийству советом или делом. Арт. 160 устанавливает такую же ответственность для приказавшего убить. Арт. 161 карает как наемного убийцу, так и нанявшего или подкупившего его; толкование охватывает и случай, когда вознаграждение лишь обещано, а нападение состоялось, но смерть не наступила. Арт. 162 и 163 выделяют отравление, убийство родителей, младенца или офицера и иные особо тяжкие случаи.

Арт. 156 освобождает от наказания за убийство нападавшего при действительной обороне жизни. Арт. 157 требует доказать, что оборонявшийся не был зачинщиком, что на него напали и что он не мог безопасно уйти. Толкование устанавливает пределы обороны по способу, времени и причине. Если нападавший уже отступил и убит при преследовании, это не оборона, а месть. Если же смертная опасность продолжается и отступить нельзя, обороняющийся не обязан ждать первого удара.

Арт. 158 регулирует ненамеренное причинение смерти при наличии вины: например, неосторожное обращение с оружием в месте, где ходят люди. Арт. 159 освобождает от наказания за совершенно неумышленное и ненарочное убийство, когда вины не находится. Эти нормы не надо переводить в современные категории без оговорок. Достаточно видеть, что сам источник различает умышленное причинение смерти, ненамеренное причинение при виновном поведении и случай без вины.

Арт. 164 касается самоубийства и попытки самоубийства. Толкование отделяет поступок в беспамятстве, болезни или меланхолии от иных случаев и требует до погребения выяснить обстоятельства и причины. Даже в этой суровой норме судья должен установить состояние лица и причину поступка.

Глава двадцатая, арт. 165-177, соединяет в одном блоке мужеложство, скотоложство, изнасилование, похищение женщины, прелюбодеяние, двоеженство, кровосмешение, присутствие проституток при полках, рождение ребенка вне брака и непристойные песни. Для современного читателя этот набор выглядит неоднородным, но для Артикула он относится к сфере половой и семейной нравственности, а также к порядку войска.

Арт. 167 устанавливает ответственность за изнасилование женщины независимо от возраста, семейного положения и от того, произошло ли деяние в неприятельской или дружественной земле. Санкция определяется по силе дела: отсечение головы или вечная ссылка на галеры. Толкование требует проверить заявление о насилии, обращая внимание на немедленную жалобу, следы борьбы и иные обстоятельства. При этом в нем прямо проводится мысль, что насилие остается насилием независимо от того, совершено оно против женщины с хорошей репутацией или против женщины, занимавшейся проституцией.

Арт. 168 карает похищение женщины и последующее насилие. Арт. 169-170 устанавливают ответственность за прелюбодеяние с учетом положения лиц и обстоятельств, а толкование допускает уменьшение наказания при просьбе невиновного супруга или иных названных обстоятельствах. Арт. 171-172 передают двоеженство церковным правилам и освобождают от наказания обманутого супруга. Арт. 173-174 различают кровосмешение по линии родства и оставляют судейское усмотрение для боковой линии и свойства.

Арт. 175 запрещает держать проституток при полках. Арт. 176 требует от холостого мужчины, от которого женщина родила, дать содержание матери и младенцу по состоянию, а также предусматривает тюрьму и церковное покаяние, если брак не заключен. Арт. 177 запрещает позорные речи и непристойные песни. В этой главе телесное, имущественное, церковное и служебное последствия снова сочетаются между собой.

Глава двадцать первая, арт. 178-195, начинается с поджога и повреждения имущества. Арт. 178 карает умышленное самовольное сожжение города, села, деревни, церкви, школы, госпиталя, мельницы, дворов и крестьянского имущества. Арт. 179-180 отделяют от этого пожар или повреждение, возникшие по небрежности или вине, с обязанностью возместить убыток и понести наказание по степени вины. Арт. 181 запрещает без приказа устраивать пожар даже на неприятельской земле, потому что самовольный огонь может причинить ущерб своему войску и пользу неприятелю.

Арт. 182-185 запрещают грабеж, насилие, вымогательство у проходящих через караул, пропуск через караул за подарок или выгоду и вооруженное нападение на дороге или улице. Различается невооруженное и вооруженное насилие, простая кража и разбой, нападение с причинением вреда и ночное вторжение в дом. Толкование допускает иной подход к вору, ворвавшемуся ночью, если его нельзя безопасно преодолеть.

Арт. 186-188 выделяют кражу из церкви или святого места, насильственное отнятие у доставляющих провиант, похищение человека с продажей, кражу из палатки или с палубы в поле или походе. Эти нормы показывают, что ценность имущества не единственный критерий тяжести. Место, объект, обстановка и опасность для снабжения войска имеют самостоятельное значение.

Арт. 189 устанавливает порядок наказания за кражу стоимостью не более двадцати рублей с учетом повторности: первое, второе и третье задержание влекут возрастающее наказание, при третьем добавляются членовредительное наказание и каторга. Толкование приравнивает к ворам помогавших, получивших часть похищенного, принявших, спрятавших или утаивших краденое. Арт. 190 отдельно говорит о покупке, продаже и сокрытии краденых вещей.

Арт. 191 усиливает ответственность при цене выше двадцати рублей, четвертой краже, краже во время водяной или пожарной нужды, из артиллерии, магазина, амуниции или цейхгауза, у собственного господина, у товарища или на месте караула. Арт. 192 специально карает кражу на карауле независимо от размера. Арт. 193-194 охватывают присвоение доверенного имущества и государевых денег.

Арт. 195 требует сдать найденное офицеру для объявления и возвращения владельцу. Толкование допускает вознаграждение нашедшему и одновременно вводит важное смягчение: обычное наказание за кражу уменьшается или вовсе устраняется, если небольшая кража еды, питья или вещи малой цены совершена из доказанной крайней голодной нужды; отдельно названы лишение рассудка и малолетство. Имущественная глава поэтому также работает через обстоятельства, а не только через факт хищения.

Глава двадцать вторая, арт. 196-203, регулирует ложную присягу и близкие к ней нарушения доверия. Арт. 196 карает совершенную ложную присягу отсечением двух пальцев и каторгой. Толкование ограничивает эту санкцию случаем, когда ложная присяга действительно принесена, и не распространяет ее автоматически на человека, который необдуманно предложил себя к присяге, но еще не совершил клятвопреступления.

Арт. 197-198 усиливают ответственность, когда ложная присяга или ложное свидетельство причиняют вред телу или имению невиновного. Арт. 199 устанавливает наказание за фальшивую монету и различает способы ее подделки; не всякая форма нарушения ведет к одному и тому же наказанию. Арт. 200 карает обман мерой и весом возвратом втрое, денежным штрафом и телесным наказанием.

Арт. 201 охватывает фальшивые печати, письма и расходные документы, связывая наказание с величиной и вредностью обмана. Арт. 202 касается принятия ложного имени или прозвища с умыслом и причинением вреда; толкование отделяет это от перемены имени без обмана и вредительного намерения. Арт. 203 карает умышленное повреждение публично прибитых указов, но при небрежности допускает денежный штраф, тюрьму, шпицрутены и иные наказания по тяжести преступления.

Эта глава важна тем, что защищает не только имущество, но и доверие к присяге, документу, печати, мере, весу, имени и публичному указу. Для военной организации, построенной на приказе, учете, снабжении и подчинении, такие нарушения прямо затрагивают управление.

Глава двадцать третья, арт. 204-205, касается палача, профосов и иных судебных служителей. Арт. 204 запрещает препятствовать генерал-гевальдигеру, профосам, палачу и другим служителям при исполнении их чина, особенно когда они берут виновного или исполняют казнь. Толкование связывает нападение на них с препятствием начальству. Оно также указывает, что неудачное первое действие палача не освобождает осужденного: приговор должен быть исполнен до лишения жизни.

Арт. 205 освобождает от наказания посланного задержать осужденного, если тот сопротивляется и взять его невозможно, а посланный убьет его. Но толкование ограничивает это правило обычными ворами и отделяет чрезвычайных преступников, таких как бунтовщики и изменники, потому что их смерть может скрыть товарищей. Даже правило о насилии при задержании не является безусловным.

Глава двадцать четвертая, арт. 206-209, регулирует утаение и увоз преступников. Арт. 206 запрещает скрывать неприятеля, изменника или преступника либо уводить его от заслуженного наказания под смертной казнью. Толкование возлагает на каждого обязанность задержать преступника до передачи караулу и распространяет наказание на помогавших укрытию.

Арт. 207 устанавливает ответственность караула, генерал-гевальдигера или профосов, если уже переданный им преступник убежал по их небрежению или был отпущен без указа. Они должны претерпеть наказание вместо преступителя. Арт. 208 обязывает офицера, которому донесено о проступке солдата, немедленно взять его под арест и объявить нарушение; бездействие ведет к службе рядовым, а при повторении к отставлению как негодного офицера.

Арт. 209 касается человека, ошельмованного или бывшего в руках палача: он не должен оставаться в войске. Толкование, однако, делает важное исключение. Офицеры и солдаты по великим преступлениям могли подвергаться пытке как преступники, но если на пытке оказывались невиновными или были полностью прощены государем или фельдмаршалом, они могли снова исполнять свой чин. Для восстановления чести требуется публичная процедура, после которой запрещено попрекать человека прежним пребыванием в руках палача. Последняя статья тем самым связывает наказание, честь, военный статус и возможность восстановления.

Артикул не содержит отдельной общей главы о наказаниях. Их система складывается из санкций, распределенных по конкретным статьям и толкованиям. Поэтому перечень наказаний надо восстанавливать из всего текста, не превращая его в единую современную шкалу.

В обобщенном виде в Артикуле можно выделить смертную казнь; телесные и членовредительные наказания; лишение свободы и принудительные работы; служебные и статусные меры; имущественные последствия; церковное покаяние, публичную просьбу о прощении и иные формы публичного воздействия. Такое деление условно, потому что в самих статьях эти меры часто соединяются. Один приговор может затрагивать жизнь, тело, свободу, имущество, чин, честь и положение человека в военном сообществе.

Смертная казнь занимает наиболее заметное место, но формы ее различаются. Повешение встречается при дезертирстве, бегстве, бунте, отдельных имущественных преступлениях, самовольной капитуляции и иных тяжких нарушениях. Расстрел, обозначаемый как аркебузирование, применяется в ряде караульных и дисциплинарных составов, например за обнажение оружия в особо опасной обстановке, тяжелые нарушения караула или вооруженное сопротивление часовому.

Отсечение головы установлено за умышленное убийство, отдельные половые преступления, похищение человека с целью продажи и некоторые государственные преступления. Четвертование связано с преступлениями против государя и изменой. Колесование предусмотрено за отравление, заказное убийство, некоторые виды убийства близких или начальника и вооруженный разбой. Сожжение встречается при чародействе с вредом, умышленном поджоге и тяжкой подделке монеты.

Смертная казнь часто соединяется с другими последствиями: лишением чести, имущества и чина, объявлением изменником или шельмой, выставлением тела, постановкой подразделения вне обоза без знамен. Это означает, что наказание направлено не только на жизнь человека, но и на его честь, военное положение, имущество и публичную память о преступлении.

Вторая крупная группа наказаний телесная. Шпицрутены применяются за широкий круг нарушений: неповиновение, некоторые караульные проступки, повреждение оружия, дезертирство, драки, имущественные преступления и виновное ненамеренное причинение вреда. Членовредительные наказания включают повреждение ноздрей, отрезание носа и ушей, отсечение пальцев при ложной присяге, отсечение руки при отдельных насильственных действиях.

Лишение свободы и принудительные работы представлены заключением, железами, тюрьмой, жестоким караулом, каторгой и ссылкой на галеры. Эти меры могут быть самостоятельными или соединяться с телесными, имущественными и церковными последствиями. Каторга и галеры появляются при самоповреждении ради уклонения от службы, повторной краже, некоторых половых преступлениях и иных тяжких нарушениях.

Статусные наказания особенно важны для военного акта. Офицер может быть лишен чина, отставлен от службы, разжалован в рядовые или временно обязан служить рядовым. Отдельно действуют лишение чести, ошельмование, ломание шпаги, постановка без знамен вне обоза. Эти меры имеют смысл только внутри общества, где честь и чин являются юридически значимыми состояниями.

Имущественные последствия включают штрафы, удержание жалованья, конфискацию имущества, возмещение ущерба, возврат похищенного, взыскание стоимости оружия, мундира или утраченного имущества. Возмещение вреда не всегда заменяет наказание; нередко оно присоединяется к нему. Публичное извинение и церковное покаяние составляют еще один слой последствий, соединяющий юридическое, религиозное и репутационное измерение.

Толкования в Артикуле нельзя сводить к внешнему комментарию, если задача состоит в историко-правовом анализе текста. Они входят в опубликованный корпус и часто определяют, как именно должна применяться статья.

Толкование к арт. 1 различает чародейство с вредом и без вреда. Толкование к арт. 37 требует выяснять, была ли тревога нарочной, внезапной или вызванной другой причиной. Толкование к арт. 41 допускает замену смертной казни за сон на карауле при болезни, слабости, безопасной обстановке или неопытности. Толкование к арт. 53 формулирует предел офицерской команды. Толкование к арт. 91 требует учитывать умысел, глупость, безумие, войну и мир.

В уголовно-правовых блоках значение толкований еще заметнее. Толкование к арт. 154 требует установить причину смерти при участии лекарей. Толкование к арт. 157 подробно разграничивает оборону и месть. Толкование к арт. 158 обсуждает ненамеренное причинение смерти, вину и невозможность казнить при сомнении в том, кто именно нанес смертельный удар. Толкование к арт. 195 допускает уменьшение или устранение наказания за небольшую кражу еды по крайней голодной нужде. Толкование к арт. 196 ограничивает наказание за ложную присягу случаем совершенной присяги.

Вывод из этого простой: многие нормы Артикула выглядят значительно более категоричными, если читать только сам артикул и не читать толкование. В полном тексте они часто требуют установить мотив, обстоятельства, причинную связь, степень опасности, повторность, чин и возможность исполнения обязанности.

Артикул не формулирует общего определения вины. Вместо этого он в разных составах различает умысел, злость, упрямство, небрежность, неосторожность, страх, глупость, безумие, болезнь, крайнюю нужду и случай.

Арт. 27 и 28 разделяют умышленное противление приказу и неисполнение без злости и умысла. Арт. 37 требует оценить ложную тревогу по причине ее возникновения. Арт. 87 отделяет виновный пожар от умышленного поджога и от внезапного невиновного случая. Арт. 91 допускает изменение наказания в зависимости от изменнического умысла, глупости или безумия. Арт. 158-159 различают виновное ненамеренное причинение смерти и случай без вины.

Возможность исполнения обязанности также имеет значение. При капитуляции по арт. 123 суд должен установить, мог ли гарнизон продолжать оборону с учетом продовольствия, боеприпасов, числа людей и надежды на помощь. При самообороне по арт. 157 важно, мог ли оборонявшийся безопасно уйти. При пожаре по арт. 87 важно, возник ли вред по вине или внезапно. При побеге по арт. 94 учитываются болезнь, ранение, разрешение офицера и притворство.

Поэтому ответственность по Артикулу не ограничивается вопросом, произошло ли запрещенное событие. Необходимо выяснять, что именно было поручено человеку, мог ли он это исполнить, что он намеревался сделать, почему наступил вред, была ли крайняя нужда, была ли вина и сохранялась ли опасность в момент действия.

Артикул строго охраняет власть начальника, но одновременно устанавливает пределы ее применения. Подчиненный обязан исполнять служебный приказ, являться на караул, идти в поход, выполнять назначенную работу и не рассуждать непристойно о команде. Но он не обязан исполнять распоряжение, не относящееся к государевой службе; он может жаловаться на неправильное назначение после исполнения; он обязан воспрепятствовать неправомерной капитуляции коменданта.

Начальник отвечает за подчиненных и за собственное злоупотребление властью. Офицер обязан смотреть за караулом, работой, оружием, мундиром, смотрами, жалованьем, поведением в марше и в квартирах. Он не вправе удерживать положенное солдату, посылать его домой без разрешения, пользоваться им для частной тяжелой работы или жестоко бить без важных причин. При известии о проступке солдата он должен немедленно взять его под арест и объявить нарушение.

Частное насилие последовательно вытесняется жалобой. Обиженный начальником может жаловаться; солдат, обиженный хозяином квартиры, обращается через офицера; оскорбленный должен идти к командиру за удовлетворением; челобитная допускается о себе и своих обидах, но не как опасное общее собрание. Драка, поединок, месть, коллективное давление и самовольная расправа влекут наказание.

Этот порядок не является современным правом жалобы в либеральном смысле. Он жестко встроен в военную и сословную дисциплину. Но для анализа Артикула важно другое: сам текст знает разницу между законным обращением за удовлетворением и самовольным насилием.

Через полтора столетия вопросы суда и процесса будут оформлены иначе. Судебные уставы 20 ноября 1864 года включили Учреждение судебных установлений, Устав уголовного судопроизводства, Устав гражданского судопроизводства и Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями. Военно-судебный устав был высочайше утвержден 15 мая 1867 года и определил устройство и компетенцию военного суда.

Прямой преемственности между Артикулом 1715 года и реформами 1860-х годов из этого не следует. Для сопоставления существенно другое. В Артикуле вопросы умысла, причины смерти, обороны, проверки доноса, допустимости капитуляции и пределов приказа решаются внутри отдельных артикулов и толкований. В XIX веке уголовное судопроизводство и военная юстиция становятся самостоятельным предметом законодательного регулирования.

Эта перспектива помогает точнее увидеть Артикул, не растворяя его в позднейших категориях. В 1715 году законодатель соединяет материальные запреты, порядок службы, элементы судебной оценки и наказания в одном акте. В 1864-1867 годах отдельно оформляются судоустройство и процессуальная форма, внутри которой обстоятельства дела должны исследоваться.

Артикул воинский 1715 года нельзя свести ни к дисциплинарному уставу, ни к уголовному кодексу в современном смысле. Он регулирует военного человека в состоянии службы, где религиозная обязанность, государственная верность, приказ, караул, поход, имущество, честь, насилие, жалоба и наказание существуют в одном правовом пространстве.

В тексте нет общей части, которая единообразно определяла бы вину, соучастие, оборону, случай, крайнюю нужду, покушение или основания смягчения наказания. Но соответствующие вопросы постоянно возникают в конкретных нормах. Артикул требует отличать умышленное противление от неисполнения без умысла, служебный приказ от частного распоряжения, виновное причинение смерти от случая, оборону от мести, самовольную капитуляцию от невозможности дальнейшей обороны, законную жалобу от частного насилия.

Система наказаний также устроена не как абстрактная шкала. В одном приговоре могут соединяться смерть, телесное наказание, лишение чина, лишение чести, конфискация имущества, возмещение вреда, публичное извинение, церковное покаяние, каторга или галеры. Тяжесть наказания зависит от деяния, последствий, повторности, чина, места, времени, служебной обязанности и обстоятельств дела.

Главная историко-правовая ценность Артикула состоит в том, что он показывает раннюю форму правового регулирования регулярной армии. Законодатель еще не разделяет строго религиозное, военное, уголовное, процессуальное и дисциплинарное. Но внутри этого единого текста уже видна потребность устанавливать факт, намерение, причину вреда, предел обязанности и возможность ее исполнения.

Артикул воинский, 26 апреля 1715 года. Публикация по изданию: Российское законодательство X-XX вв. В 9 томах. Том 4. Законодательство периода становления абсолютизма. Москва: Юридическая литература, 1986. Электронная публикация: https://militera.lib.ru/regulations/russr/1715_artikul/

Артикул воинский 1715 года. Большая российская энциклопедия, электронная версия: https://old.bigenc.ru/domestic_history/text/1832055

Артикул воинский. НЭБ Книжные памятники, запись о печатном издании 1715 года: https://kp.rusneb.ru/item/material/artikul-voinskii-2

Судебные уставы 20 ноября 1864 года. Президентская библиотека имени Б. Н. Ельцина: https://www.prlib.ru/item/372590

Военно-судебный устав, высочайше утвержден 15 мая 1867 года. Президентская библиотека имени Б. Н. Ельцина: https://www.prlib.ru/item/713239

Александром II был утвержден Военно-судебный устав 1867 года. Президентская библиотека имени Б. Н. Ельцина: https://www.prlib.ru/node/619269